16:18 

Белая дорога, гл. 2

Emrys
I do not suffer from insanity - I enjoy every minute of it!
Глава 2. Визиты


Рош

Эрлик-Хан не хотел затягивать войну. Никто, откровенно говоря, не хотел. Наверное, лишь размягченные излишним милосердием мозги сторонников Тариката могли предположить, что последователи Дхармараджа получают наслаждение от страданий людей – ни дать ни взять все поголовно тут извращенцы, в лучшем случае, в худшем – пациенты психиатрической лечебницы. Да сожри этих снобов гончие столь почитаемого ими Гвинн Ап Нудда – на троих и побыстрее! Это просто смешно. Для глупцов незнакомо настоящее чувство долга, в этом все дело, только в этом.
Бренданус Рош не спеша повернулся к окну, взгляд мага остановился на роскошном пруду, где на листьях прекрасных лотосов сверкали крапинки воды, хрупкие и ранимые, как сама человеческая жизнь. Ни единой эмоции не читалось на лице, будто сошедшем с полотна художника Возрождения. Кто-то мог бы назвать первого помощника Эрлик-Хана красивым, но заглянув в большие голубые глаза, не решился бы употребить столь обычную формулировку – в этих глазах застыл холод, помноженный на бездонную глубину, в которой легко было пропасть навек. В них можно было утонуть и замерзнуть, словно в ледяном водовороте. И что-то неосознаваемо странное отражалось в чертах самого лица: в форме высоких скул и полных губ, хищном носе и упрямом лбе, лишенном морщин, – казалось, маг не был подвержен влиянию времени, но, словно Дориан Грей, хранил в себе страшную тайну неведомых преступлений.
Почувствовав привычный холод в межбровье, где запылал символ черного лотоса, мужчина поспешно поднялся на ноги.
Дхармарадж! Неужели он все-таки окончательно решил?..
Высокая фигура, закутанная в золотистый плащ, показалась в дверном проеме, и волшебник почтительно коснулся лба.
– Мой Лорд. Учитель.
Эрлик-Хан поднял ладонь в благословляющем жесте и остановился у окна, того самого, в которое ранее неотрывно смотрел Рош. Прошло уже несколько минут, а Темный Лорд продолжал молча стоять там, будто и его заворожили величественные цветы, над которыми была не властна водная стихия. Или же, быть может, учитель ждал согласия, которое Рош давать не хотел. Не хотел всей душой, над которой тяжелым комом нависло дурное предчувствие. Тишина постепенно сгущалась, опускаясь на роскошный интерьер и словно опутывая комнату нитями тягостной паутины.
– Мы погрязли в этой войне, нужно ее заканчивать. А потому я принял решение, Брендан.
Темный Лорд замолчал, и Рош почувствовал, что эмоции тают, как соль в воде, повинуясь жестокой воле учителя. Тот кивнул и ровно продолжил:
– Я знаю, как ты ненавидишь это место, где мы отчаянно застряли на своем победном пути. Потому для тебя тем более нет поводов для печали. Если понадобится, ты оставишь ашрам Тарикату. – Почувствовав, что маг готов возразить, Эрлик-Хан пояснил, хлестко и резко: – Это приказ! Помни, мы всегда сможем вернуться сюда, потому что Место Силы тут родно нам, оно не подчинится другим магам с такой же легкостью, не раскроется для них во всей своей полноте. Тебя же ждет Тибет, именно там скоро развернется война.
– Мой Лорд, но вы… не будете с нами.
Дхармарадж стремительно обернулся, зеленые глаза полыхнули золотом. Опасность! Волшебник мгновенно понял, что сейчас спорить с учителем бесполезно – тот все сметет на своем пути, не дай бог попасться под ноги, тяжелую поступь которых уже ощутил на себе предательский мир карми, проклятых мирян.
– Темный Лорд обязательно вернется. Он всегда возвращается. Разве ты в этом еще не убедился, Рош? – голос мага стал вкрадчивым, обостряя чувство опасности, словно мягкая поступь тигра, готового к смертельному прыжку. – И не говори мне, что ты слишком слаб и потому не сможешь взять командование на себя. Не говори, что ты испытываешь страх!
Эрлик-Хан, как всегда, ударил в самую точку. Роша боялись все, перед ним трепетали от ужаса, понимая, что для того отсутствуют границы морали и условностей. Темный маг же не страшился ничего – даже жестокости, даже вечной тьмы. Если чего-то он и боялся, то только одного – испытать страх, попасть в его липкие, смертельные лапы. И Дхармарадж это знал!
Медленно, словно сам воздух мешал движению, волшебник склонил голову в знак принятия воли учителя.


Ванадис

– Как продвигается твоя работа над эликсиром для похудания? – поинтересовался Бруно, с ухмылкой разглядывая Флору.
Та с аппетитом поглощала третью порцию мороженого и не обращала на рыжего мага ни малейшего внимания, будто тот был назойливым, но безобидным духом.
Ванадис закатила глаза:
– Ты на себя посмотри, сколько ешь ты сам!
– Ха! Мне нужно для роста! – хмыкнул парень, запихивая в рот бисквит.
– А Флоре – для поднятия настроения!
Виновница спора хихикнула и покачала ложкой в направлении Бруно:
– Расти, расти. А когда ты дорастешь до учителя Беовульфа, я с тобой эликсиром не поделюсь!
Ванадис с Рандиром дружно прыснули, и последний заметил:
– Беовульф такой большой, потому что очень добрый. А добрый, очевидно, потому что много кушает. Ему нет времени стать злым!
– Да, распространим в мире добро! – с наигранным пафосом подхватила Ванадис.
– Ну не зря же учителя постоянно распинаются, как сильно пища влияет на состояние сознания, – давясь мороженым, сквозь смешки добавила Флора. – Пример налицо!
Бруно скривился и, косясь на шоколадную подливку, которую смаковала подруга, меланхолично протянул:
– И кто только это вывел? Как сильно нужно ненавидеть шоколад, чтобы разрешить его есть лишь по выходным?
– А что ты хочешь, он влияет на мозг сильнее, чем поцелуи! – Флора пожала плечами, на ее лице однозначно читалось, что она ничуть не возражает против такого положения дел, раз влияет – так пусть себе. – И что еще делать в воскресенье?
– Предпочесть поцелуи? – с деланно наивной улыбкой предложил Бруно.
Все четверо засмеялись.
И в этот момент пространство привычно перещелкнуло.
Показалось?
Нет, слишком знакомым было ощущение, распознаваемое уже автоматически. Изменение энергетической компоненты пространства было обыденным и нормальным из-за природных явлений, лунных циклов и множества других естественных и техногенных причин – кто из магов не нарывался на ошибки? Но, как говорится, держи ухо востро – ведь похожее чувство, практически неотличимое, появлялось и в те моменты, когда рядом кто-то использовал силовые линии, и волшебница это знала очень хорошо! Что же тут? Перемещение или просто дистанционное наблюдение?
Рандир первым прекратил смеяться, напряженно прислушиваясь к ощущениям. Ванадис осторожно просканировала окрестности, стараясь не выдавать своего присутствия. Бруно и Флора озабоченно переглянулись, потянувшись за жезлами.
Нет, не показалось, раздери ее духи земли!
– Рандир, – прошептала Ванадис, – мне кажется или…
Не успела она закончить, как эмпат вскочил на ноги.
– Чей-то дух, не из наших, совсем рядом. Бежим!
Друзья вылетели из кафе, игнорируя оклик официантки, и что есть сил понеслись к ближайшей из охраняемых школой площадок для перемещений.
Рука Ванадис крепко сжимала черную рукоятку кинжала, любимого оружия волшебницы. Надо быстрее!
– Ты чувствуешь точно, где он? – озабоченно проговорила Флора, задыхаясь от быстрого бега.
– В том небольшом парке, уже близко к школе. Сейчас покажу, – отозвался Рандир. – Здесь!
Настроившись на друга, Ванадис нащупала пространственный канал, который вел в нужное место.
Добежали! Теперь по проверенной схеме – окружать…
– Он уходит, вперед! – закричал маг.
Силовые линии вспыхнули, и Ванадис увидела духа прежде, чем ее тело переместилось физически.
– Стой! – мысленно приказала она, вытягивая вперед клинок. – Ты не пройдешь!
Дух был небольшим, но диким и злобным. В энергетическом поле он виделся чем-то вроде волка с огромной пастью и красными, как рубины, глазами.
Как оригинально. Вот если бы он оказался жабой или, на худой конец, зайцем можно было бы задуматься. И не с такими справлялись!
– Приказываю остановиться, или ты умрешь!
– Тебе не справиться со мной, ведьма! – прорычал тот.
– Хочешь проверить? – Ничто не дрогнуло внутри. – Или лучше договоримся?
Бой с духом – особое состояние сознания. Беспощадности и тотальной готовности. Ни одно сомнение, слабость или страх не прорывается из бездны подсознания. Это то состояние, когда идешь и делаешь что должно. Она сильнее! Непререкаемая уверенность в себе. Прошлого не существует, есть только «здесь и сейчас». И это состояние вполне оправданное: человек всегда сильнее, ибо дух является лишь частицей, проекцией, отголоском живого. Да, она сильнее!
Он бросился вперед – сверкнул клинок, перерезавший горло. Тело волшебницы сжала судорога. С противоположной стороны показался Рандир…
И Ванадис ощутила себя лежащей на земле. Открыв глаза, увидела озабоченное лицо склонившегося над ней Бруно.
– Он не ушел? – прошептала она.
– Нет, вы прикончили его, – ободряюще улыбнулся друг, протягивая руку.
Слава всем древним богам и Единому! Девушка облегченно вздохнула и, приняв руку, поднялась на ноги.
В маленьком парке не было ни души. Успел всех напугать? Вот так люди подсознательно и боятся неизвестно чего, и сами же открывают к себе дорожку подобным творениям, магическим или природным.
Рандир вытер пот со лба, поправил выбившиеся светлые пряди волос. Слабо улыбнулся ей:
– Ты молодец, отлично сработано!
– Спасибо за помощь, – кивнула ему Ванадис и ободряюще похлопала по плечу Флору, которая все еще тревожно хмурилась. Ну что за излишняя эмоциональность, право слово.
– Нет, мне уже не осталось работы, – покачал головой блондин. – Ты все сделала сама.
Вот как? Наверное, не отошла еще от Алма-Аты. Поглощать духов, тем самым уничтожая их, никогда не входило в ее любимые занятия. Удовольствие не из приятных, что бы там ни возражали некоторые извращенцы!
– Откуда он взялся? – проворчал Бруно, переводя выжидательный взгляд с одного на другого.
– Он боялся меня намного, действительно намного меньше, чем своего хозяина, потому и вступил в бой, – сообщила Ванадис, встречаясь взглядом с Рандиром.
В его глазах мелькнуло понимание и согласие.
А это значит… Неужели кто-то из лучших приверженцев Эрлик-Хана?
– Но зачем кому-то из сильных магов посылать сюда боевого духа? – недоуменно проговорил Бруно. – Тот в любом случае нарвался бы здесь, рано или поздно.
– Вот именно поэтому, – уверенно подтвердил Рандир.
– Нарваться?
– Проверить: рано или поздно, – уточнила Ванадис, прислушиваясь к ощущениям в энергополе.
Все было ровно. Тревожно, пугающе ровно.
– Но для чего? – Бруно удивленно пожал плечами.
– Этого мы пока не знаем, – задумчиво ответил эмпат. – В любом случае, нужно сообщить Орлану. А сейчас возвращаемся в кафе.
– Доедать мороженое? – хмыкнул Бруно, косясь на пухлую подругу.
– О себе говори, – буркнула та.
От боев парень отходил быстро, к нему лучше всего подходило высказывание: «война войной, а обед по расписанию». И ужин, разумеется, тоже.
– Нет, заплатить за него, – пояснил Рандир, задумчиво потерев межбровье.
– Никак не пойму я этих карми, почему они так держаться за свою дурную денежную систему? – проворчал рыжий маг, невольно ежась на холодном вечернем ветру.
– Думаю, Дхармарадж легко согласился бы с тобой, – с сарказмом отрезала Ванадис. – Как бы она ни была непонятна нам, но мы должны уважать даже добровольную дурость других людей. В конце концов, это их выбор.
– Ха! Что-то не верится в твою доброту! – подхватил ее тон Бруно.
– Да ладно вам, – остановила словесную баталию Флора. Как всегда, она приходила в себя постепенно, не жалуя драки, и подруга ее прекрасно понимала. – Кто предложит лучший вариант лапши на уши для Анны? И ведь врать-то нехорошо!
– А придется, – цинично заметила Ванадис. – Повесим святость на гвоздик в зале для медитаций.
Как же ее утомили битвы! И уже давно беспокоил тот факт, что она постепенно все больше и больше погружалась в искусство войны вместо магической науки.

Рандир

Силовые линии были теплыми и нежными, и такими однородными, как будто он лежал в горячей ванне, в которой то и дело менялся аромат густой, радужной пены. И только на Местах Силы сознание Рандира погружалось в фейерверк энергетических брызг, рассыпалось непередаваемой мощью лишь для того, чтобы собраться вновь и побежать по силовым линиям дальше на Восток – туда, где восходило солнце во всем своем величии, любви и безразличии к миру.
Эмпату не нравилось затишье в энергополе, которое он наблюдал вот уже дня два, с момента возвращения Ванадис из Алма-Аты, он чувствовал, что Темный Лорд готовился к чему-то значимому и эпохальному, наплевав на мелкие вендетты против нарушителей локальных экосистем. Захват Северной Америки два года назад и относительно недавно – Индокитая научил Эрлик-Хана воплощать стратегию в тактику. Но чего он добивался сейчас, после разгрома индийского оплота волшебников – ашрама в Гималаях?
Нет, не думать об этом. Иначе горе, уже застарелое, испитое до дна, помешает уловить оттенки вибраций. Его родители уже в лучшем мире, Рандир это знал.
Странное ощущение проскользнуло сквозь сознание эмпата, и тот застыл, не двигаясь дальше. Что происходит в Тибете? Словно лампочки звенят по всему плоскогорью.
Нужно подойти ближе и лично посмотреть, иначе не понять.
Рандир настроился на силовую линию, вслед за сознанием вибрация физической оболочки начала проникать в энергопоток – и молодой человек исчез из стен Стоунхенджа.
Небо здесь было звездным и высоким – первое, что увидел волшебник, оказавшись на горном плато в ночном одиночестве, оно захватывало своим обещанием раскрыть тайны, проникнуть сквозь завесу времени. На миг позволив себе насладиться величественным зрелищем, столь редким для туманного Альбиона, Рандир вздохнул и перевел внимание на сканирование энергополя.
И вдруг он понял, в чем дело – по силовым линиям перемещались маги, и не один, и не два! Казалось, чуть ли не пол-армии Эрлик-Хана кочует на север. Нападение?! Но на что? И для чего? Изгнание всех волшебников из Тибета? Продвижение к Сибири?
Рандир покачал головой, отгоняя тревогу. Сейчас было не время задаваться вопросами: пора возвращаться назад, пока его не засекли! Но молодой человек не мог себе отказать в желании хотя бы еще раз прочувствовать то место, где нашли прибежище его родители, и от которого он находился сейчас столь близко. Волшебник настроился на энергетические потоки и… ощущение оказалось совсем чужим, будто он никогда не жил в уютном домике в горах, не навещал родителей при первом же удобном случае. Зачем они поселились там? Чем их так сильно заворожили эти горы? Сейчас великое Место Силы отталкивало эмпата, будто полностью покорилось воле только одного мага, и это был не кто иной, как Дхармарадж.

Ванадис

Дремотные покровы тьмы причудливым узором украшали хрустальные стены комнаты. Пространство звенело тревогой и томлением. Душа куда-то рвалась, но натыкалась лишь на темную завесу обыденности.
Полусон-полуявь… Уже привычно было видеть во сне собственную комнату, окутанную ночным мучительным покоем.
…Темная пелена дрогнула, пропуская внутрь гибкую, высокую фигуру.
Кто мог проникнуть сюда через защиту, охватывающую все планы человеческого бытия? Посланник кого-то из друзей? Жулик?
Через миг на нее в упор смотрела пара глаз. Янтарно-желтые, большие, слегка отсвечивающие в неуловимом мерцании глаза. И вкрадчивый шепот:
– Ванадис…
Слава великим магам!
– Жулик! Почему ты не отвечал мне?!
Теперь он был виден во всей красе: высокий, с темными волнистыми волосами и широкой, слегка насмешливой улыбкой.
– Я был в тылу врага, Ванадис, – эхом высветилось в ее голове.
Волшебница проснулась – резко, незаметно. Лишь вес собственного тела подсказал ей, что это уже не сон.
То был и вправду ее пропавший дух! В состоянии бодрствования он виделся как черный изящный зверь: то ли кот с лисим хвостом, то ли лис с кошачьей мордочкой.
Девушка села на кровати, пристально изучая духа и чутко прислушиваясь к ощущениям.
Он действительно вернулся!
– Я думала, что больше не увижу тебя, – слегка обиженно произнесла волшебница.
– Я никогда так не думал, но прикинулся, что думаю, – отозвался лисо-кот. – И принес тебе ту информацию, за которой ты меня посылала.
Увы, уже было поздно.
– Жулик, Террел погиб, – упавшим голосом сообщила Ванадис. – Твоя информация требовалась раньше.
– Зато я узнал намного больше! – слегка возмутился дух. – Потому и пришлось задержаться.
– Думается мне, что ты, как всегда, получал удовольствие, забавляясь с врагами!
– Потому я и Жулик, Ванадис, – мудро заключил дух.
– Ох, Жулик. Хорошо, показывай, что у тебя, – слабо улыбнулась девушка.
Казалось, воздух стал совсем разреженным. Голова слегка кружилась, но мысли оставались на удивление ясными.
– Это карта, – перед внутренним взором появилась схема, на которой отчетливо узнавались материки. – Думаю, не надо уточнять, для чего существуют эти удивительные порождения абстрактного мышления.
Странно…
– Но я ничего не вижу, – растерянно проговорила Ванадис, присматриваясь к голографическому образу.
– Я так и думал, что будет зашифрован сам образ, а потому стащил ключ, – довольно кивнул Жулик. – За ним-то и пришлось долго охотиться. Это серьезная информация.
– К кому же ты попал? – удивленно протянула волшебница, глядя, как мерцают на карте крупные города.
Может быть, и вправду что-то стоящее? Дух улыбнулся:
– К Рошу, собственной персоной. Понадобилось много времени, чтобы стянуть этот образ из его головы.
Ого! Рош как-никак состоял в доверенном кругу у Эрлик-Хана.
– Жулик, тогда нам надо в библиотеку. Прочитать еще раз про этот вид ключей. Боюсь, что там может скрываться подвох.
– Ванадис, быть может, тебе лучше поспать? Выглядишь ты, мягко говоря, неважно.
Волшебница рассмеялась:
– Ну надо же, какая забота! Вновь хочешь покрасоваться у меня во сне?
Жулик не моргнул и глазом:
– Мне нравится твоя реакция на тот мой облик, – промурлыкал он.
– Какая такая реакция? – искренне удивилась Ванадис.
– Ты любишь брюнетов! – уверенно заявил дух.
Девушка даже растерялась. Бруно был огненно-рыжим, Рандир – платиновым блондином, а других особых симпатий в ее жизни не существовало. Единственными брюнетами, кого она любила, были отец и Орлан, но они по естественным причинам в пикантный список симпатий не попадали. Нет, она не врала друзьям, их подколки лишь помогли убедиться, что Александр стал для нее почти что вторым отцом, кем и следовало являться наставнику.
– Жулик, ты увлекся фрейдизмом?
– Я говорю то, что вижу в твоем сердце, – он действительно не шутил.
Ванадис озадаченно пожала плечами. Но так или иначе сон уже не шел. Накинув плащ, волшебница выскользнула в коридор и направилась в библиотеку.
Как же любила она эту огромную комнату, наполненную книгами и свитками!
Так, что у нас тут есть. Подняв жезл, девушка настроилась на поиск, который точно вывел ее на нужную книгу. Спустившись со стремянки, Ванадис с жадностью раскрыла фолиант.
«Ключ-образ используется для ограничения доступа к различного рода информации. – Ну, это и так понятно. – Как правило, для активации нужно быть его создателем. – Очень умно подмечено. – Для взлома таких ключей используется синхронизация своих энергетических уровней с создателем ключа».
Весело… И ничего нового. Похоже, ей придется прикидывать Рошем. Вот только этого и не хватало ей для полного счастья. Почему бы сразу не Дхармараджем?
Но если не ей, то кому-то еще.
Однажды ей довелось увидеть Брендануса Роша, и, откровенно говоря, он впечатлил ее, как впечатляли, пожалуй, все сильные маги с несгибаемой волей. Резкая, как струна, вибрация с тех пор для волшебницы соотносилась именно с ним, правой рукой Эрлик-Хана.
Удобно устроившись на резной скамье, Ванадис вызвала на экране перед глазами образ темного мага. Представив Роша живым, она направила ему энергию. Через некоторое время от образа пошел ответный поток, и волшебница начала отслеживать, как изменяется состояние ее различных энергетических оболочек. Без сомнения, Рош – мужчина решительный. Это первое, что ощущалось. А еще он язвителен и умен, и совсем не склонен проявлять добрые чувства, почитая их за мягкотелость.
Добившись стабильности настройки на приспешника Эрлик-Хана, девушка вызвала образ карты. На мысленном экране он начал совмещаться с картинкой ключа. Ванадис ощущала, что карта распознает ее – уровень за уровнем… Но тут глаза застлала ослепительная вспышка, и волшебница почувствовала мощный энергетический удар в межбровье.
… Первое, что Ванадис увидела, приходя в себя, – это заставленный доверху книжный стеллаж. Веселый оказался поход в библиотеку! Как-то это входит в нехорошую привычку – обнаруживать себя лежащей на полу.
– Меня позвал твой Жулик. Хорошо, что я уже вернулся, – раздался спокойный голос Рандира. – Ты и в школе умудряешься найти себе сомнительные развлечения!
– Спасибо, друг мой, – она поднялась с пола, огляделась.
Жулик ехидно молчал. Неудивительно, что он позвал именно Рандира: Бруно озорной дух почему-то недолюбливал, а Флору считал чересчур несерьезной, даром что та была целительницей от бога.
– Я пыталась расшифровать карту Роша, которую добыл мой шустрый дух, но увы. Ключ отследил даже пол, не посчастливилось мне родиться мужчиной!
Жулик уже смеялся, а Рандир слегка отшатнулся от девушки:
– Карту Роша? – повторил он, не веря своим ушам. – Ванадис, перестань геройствовать!
– Кто бы говорил!
Маг вздохнул:
– Между прочим, надо поспать. Сегодня же церемония прощания, и наши сонные мордахи не послужат ее украшением. Нам лучше идти.
Рандир был облачен в обычную зеленую тунику и плащ с полным комплектом амулетов и инструментов – по-видимому, еще не ложился. Выглядел он, можно было с уверенностью сказать, не лучше нее.
Ванадис тепло улыбнулась другу.
– Хорошо, я потом покажу тебе, что раздобыл Жулик. А ты расскажешь, куда это тебя носило на ночь глядя.
Дух махнул хвостом и укоризненно посмотрел на волшебницу.
– И тебе, Жулик, спасибо, – добавила она.
– А я действительно получил удовольствие, – хмыкнул он, прежде чем исчезнуть из обозрения, скрывшись в небольшом голубом камешке, который висел у Ванадис на шее.
Если они не справятся сами, придется беспокоить Орлана. Что делать совсем не хотелось – маг и так каждую секунду был поглощен не одним, так другим. Ванадис знала, что их учитель, глава ашрама Тарикат, все сильнее и сильнее опирается на Александра в своей нелегкой борьбе за остатки привычного мира магии, и волшебница хотела хотя бы немного облегчить этот груз.

@темы: original, Белая дорога

URL
   

Хрустальный грот Emrys

главная